Клиент-центрированная терапия была разработана американским психологом К. Роджерсом как альтернатива бихевиоризму и психоанализу. В основе этой теории лежит гипотеза о том, что человек может самостоятельно изменить себя, сам найти способ решения своих проблем. Психотерапевт лишь cоздает условия для позитивных изменений, более полной реализации потенциала клиента, но именно клиент осуществляет выбор и принимает решения. Первоначально психотерапевту отводилась лишь роль наблюдателя, контролирующего процесс; однако позже акцент был перенесен на изменение роли психотерапевта, на применение тех методов терапии, которые помогают ему лучше понять состояние клиента и его изменения в ходе терапии. Основная идея метода – прийти к пониманию самовосприятия клиента – метод и получил своё название: терапия, центрированная на клиенте. Главная роль в успехе терапии отводится построению взаимоотношений между клиентом и терапевтом.
Роль психотерапевта.
Карл Роджерс был убежден, что сущность каждого из нас позитивна. Но этот потенциал проявляется лишь в атмосфере позитивного принятия, эмпатического понимания и открытости своим чувствам. В создании такой атмосферы и заключается главная задача психотерапевта.
Безусловное (безоценочное) принятие
Это умение реагировать на эмоциональные проявления человека, его поступки, не оценивая их. Это искреннее отношение к другому как к равному себе и имеющему право быть таким, какой он есть.
Эмпатия
Это способность точно воспринимать чувства других людей, сопереживать им и принимать их, даже если сам бы поступил иначе. Эмпатию также называют «эмоциональной отзывчивостью».
Сеанс психотерапии
Клиент-центрированный подход называют «недирективным»: терапевт не направляет клиента, не руководит им и ни к чему не принуждает. Терапевт безоценочно принимает все, что будет сказано клиентом. Терапия проходит в форме диалога. Клиент сам определяет, какие вопросы для него сейчас актуальны, а терапевт помогает ему в исследовании и выражении своих чувств, образов, фантазий. Слушая и отвечая, он полностью сосредоточен на клиенте: само присутствие внимательного, понимающего собеседника помогает человеку справиться со страхом и отчаянием, вселяет уверенность в своих силах. Атмосфера доверия, уважения и безусловного принятия позволяет клиенту чувствовать, что его воспринимают таким, какой он есть. Он может говорить обо всем, не опасаясь осуждения или неодобрения. Ощущая поддержку, человек обнаруживает в самом себе средства и способы решения своих проблем. В результате терапии клиент начинает более свободно выражать свои чувства, у него складывается устойчивая положительная самооценка, позволяющая больше доверять миру. Он становится более реалистичным и объективным, а также менее ранимым – больше доверяет себе и лучше понимает других.
История
В 1951 году в книге «Терапия, сфокусированная на клиенте» американский психолог и психотерапевт Карл Роджерс высказал идею, которая радикально изменила понимание психотерапии: не терапевт, а клиент является экспертом для самого себя. Книга была раскритикована психотерапевтами разных направлений, усмотревшими в позиции Роджерса угрозу традиционным директивным методам. Но уже следующая его книга «Становление человека» (1961) стала бестселлером. В 1987 году за свою деятельность, основанную на, казалось бы, предельно простых идеях гуманизма, Карл Роджерс был номинирован на Нобелевскую премию мира.
Показания к применению клиент-центрированного подхода
Клиент-центрированный подход помогает тем, кому не хватает понимания, сочувствия, участия и тепла во всех областях, где необходимо взаимопонимание. Безусловное принятие другого человека, сопереживание, открытость своим чувствам способствуют и успешному ходу переговоров, и лечению неврозов, и разрешению социальных и семейных конфликтов. В форме недирективной игровой терапии метод эффективен и для решения проблем личностного развития ребенка.
Как долго длится психотерапия
Учитывая, что клиент сам определяет, достиг ли он желаемых целей, терапию в любой момент можно прекратить. Позитивные изменения возникают уже на первых сеансах, более глубокие возможны после 10–15 встреч.
Суть процесса психотерапии при клиент-центрированном подходе
Здоровый человек сознает свои эмоции и чувства, выражаются они или нет. Чувства, которым отказано в сознавании искажают восприятие и реакции на опыт, который их вызывает. Особый случай - чувство тревоги, причина которой не сознается. Тревога появляется тогда, когда возникает переживание, угрожающее, если его осознать, образу себя. Бессознательная реакция на предощущение такого рода настраивает организм на возможную опасность и вызывает психофизиологические изменения. Эти защитные реакции - один из способов поддержания неконгруентных представлений и поведения. Человек может действовать в соответствии с этим предощущением, не сознавая, почему он так действует.
Интеллект и образование
Роджерс не отделяет интеллект от других функций; он ценит его как определенного рода орудие, которое может эффективно использоваться в целостном опыте. Он скептически относится к системам образования, которые преувеличивают значение интеллектуальных способностей, недооценивая эмоциональные и интуитивные стороны человеческой природы.
В частности, Роджерс полагает, что во многих областях высшее образование требует слишком больших усилий, подчас унизительных и вызывающих состояние депрессии. Выполнение ограниченной и неоригинальной работы наряду с пассивной и зависимой ролью, навязываемой студентам, калечит или задерживает их творческие и продуктивные способности.
Если свободно функционирующий интеллект, как и остальные функции, ведет организм к более конкретному сознаванию, то насильственное старание загнать его в специфические узкие рамки не может быть полезно. Роджерс убежден, что людям лучше самим (при поддержке других) решать, что им делать, чем выполнять то, что решили за них другие.
Способы познания
Роджерс описывает три способа познания и проверки гипотез, которые доступны психологически зрелому человеку.
--Наиболее важно
субъективное знание – знание того, люблю я или ненавижу, понятны ли и нравятся ли мне человек, опыт, событие. Субъективное знание уточняется, все в большей мере соприкасаясь с внутренними процессами человека. Обращается внимание на «чувствование нутром», на ощущение, что один способ действия лучше, чем другой. Это — способность знать без всякого проверенного подтверждения. Ценность этой формы знания для науки состоит в том, что она направляет внимание исследователя к специфическим проблемным областям. Исследования по психологии решения задач показали, что человек «знает», что он на верном пути, задолго до того, как он будет «знать», каково действительное решение.
--
Объективное знание - это проверка гипотез, рассуждений и выводов по отношению к внешней системе отсчета. В психологии точками отсчета могут быть наблюдаемое поведение, результаты тестов и опросов, суждения других психологов. Мнение экспертов может быть объективным, но оно может также быть коллективным заблуждением. Любая группа экспертов может продемонстрировать ригидность или склонность к защитам, если попросить их рассмотреть данные, противоречащие аксиоматическим предпосылкам их обучения. Роджерс отмечает, что теологи, коммунистические диалектики и психоаналитики могут быть примерами такой тенденции.
Роджерс сомневается относительно значимости объективного знания, в особенности при попытке понять опыт другого. «Не оценивай пути человека, пока ты не прошел хотя бы милю в его мокасинах» (пословица индейцев пуэбло).
--Третья форма познания -
межличностное или феноменологическое знание. Оно лежит в основе клиентцентрированной терапии. Это практика эмпатического понимания: проникновение в частный, субъективный мир другого человека с желанием правильно постичь его точку зрения - не только объективно по отношению к нашей собственной точке зрения, но и по отношению к тому как сам человек переживает свой опыт. Эмпатическое понимание проверяется обратной связью, при которой собеседник имеет возможность проверить, правильно ли он услышан: «Не правда ли, ты сегодня утром несколько подавлен?», «Мне кажется, что твой плач является обращенной к группе просьбой о помощи», «Я полагаю, ты слишком устал, чтобы покончить с этим прямо сейчас».
«Полно функционирующий человек»
Это синоним оптимальной психологической адаптации, оптимальной психологической зрелости, полной конгруентности, полной открытости опыту.. Некоторые из этих терминов могут показаться статичными, как будто человек «является этим», так что необходимо подчеркнуть, что это процессуальные характеристики. «Полно функционирующий человек» — это человек в процессе, постоянно меняющийся человек».
«Полно функционирующий человек» имеет ряд определенных характеристик.
--Первая из них - это
открытость опыту. Он не подвержен или почти не подвержен воздействию «предвосприятий» (subseptions) — ранних предупреждающих сигналов, ограничивающих сознавание. Человек постоянно отказывается от защиты в пользу непосредственного опыта. «Он более открыт своим чувствам страха, обескураженности и боли. Он также более открыт своим переживаниям мужества, нежности и восторга… Он более способен полностью переживать опыт своего организма, а не отворачиваться от различных его аспектов».
--Вторая характеристика - это
жизнь в настоящем, полное постижение каждого момента. При такой постоянной непосредственной вовлеченности «самость и личность непосредственно возникают из опыта, а не опыт приспосабливается к заранее существующей структуре самости». Человек может переорганизовать свои реакции, если опыт допускает или предлагает новые возможности.
--Последняя характеристика - это
доверие к своим внутренним стремлениям и суждениям, постоянно возрастающее доверие к собственной способности принимать решение. По мере того как человек научается использовать данные опыта, он все более ценит свою способность обобщать эти данные и реагировать на них. Это не интеллектуальная деятельность, а функционирование человека в целом. Роджерс полагает, что для «полно функционирующего человека» ошибки являются следствием неверной информации, а не собственного функционирования.
«Хорошая жизнь — это процесс, а не состояние бытия. Это направление, а не конечный пункт». Это похоже на поведение кошки, падающей на землю с. большой высоты. Она не подсчитывает скорость ветра, угловой момент, скорость падения. Она не рассуждает о том, кто ее сбросил, какие у них были для этого причины и что может случиться со всем этим в будущем. Кошка имеет дело с непосредственной ситуацией, с наиболее актуальной проблемой. Она переворачивается в воздухе и приземляется на лапы, все время приспосабливая свою позу к происходящему.
«Полно функционирующий человек» может свободно реагировать на ситуацию и свободно переживать свою реакцию. Это сущность того, что Роджерс называет «хорошей жизнью». Такой человек «постоянно находится в процессе дальнейшей самоактуализации».
Карта не есть территория.
Каждый человек имеет уникальное поле опыта, или «феноменальное поле», которое содержит «все происходящее в любой данный момент внутри оболочки организма и потенциально может быть осознано». Оно включает события, восприятия, ощущения, воздействия, которых человек, может быть, не сознает, но мог бы сознавать, если бы сосредоточился на них. Это частный, личный мир, который может соответствовать, а может и не соответствовать наблюдаемой объективной реальности. «Слова и символы так же относятся к миру реальности, как карта к территории, которую она представляет… мы живем по воспринимаемой «карте», которая никогда не есть сама реальность». Внимание первоначально направляется на то, что человек воспринимает как свой мир, а не на общую реальность. Поле опыта ограничено психологически и биологически. Мы обычно направляем наше внимание на непосредственную опасность или на безопасное и приятное в опыте, вместо того чтобы воспринимать все стимулы окружающего.
Самость
В поле опыта находится самость. Не будучи ни устойчивой, ни неизменной, она кажется таковой, если рассматривать ее в каждый данный момент. Это происходит потому, что мы как бы «замораживаем» фрагмент опыта, чтобы рассмотреть его. Роджерс говорит, что «мы имеем дело не с медленно растущей сущностью или постепенным, шаг за шагом, научением… результат, очевидно, является гештальтом (от нем. Gestalt — целостная структура.— Прим. перев. ), конфигурацией, в которой изменение незначительного аспекта может полностью изменить всю фигуру». Самость — это организованный связный гештальт, постоянно находящийся в процессе формирования по мере изменения ситуации. Самость — это не стоп–кадр, останавливающий процесс, а сам лежащий за всеми такими стоп–кадрами подвижный процесс. Этот акцент на изменении и текучести лежит в основе теоретических представлений К.Роджерса и его веры в способность человека к росту изменению и развитию. Самость, или представление человека о себе, основывается на прошлом опыте, данных настоящего и ожиданиях будущего.
Идеальная самость
Это «то представление о себе, каким человек более всего хотел бы быть, которому он придает наибольшую ценность для себя». Как и самость, это подвижная, изменяющаяся структура, постоянно подверженная переопределению. То, в какой мере самость отличается от идеальной самости,— один из показателей дискомфорта, неудовлетворенности и невротических трудностей. Принятие себя таким, каков человек на самом деле, а не таким, каким он хотел бы быть,— признак душевного здоровья. Такое принятие не есть покорность. Сдача позиций — это способ быть ближе к реальности, — к своему актуальному состоянию. Образ идеальной самости в той мере, в какой он сильно отличается от реального поведения и ценностей человека,— одно из препятствий для развития человека.
Конгруэнтность и неконгруэнтность.
Конгруэнтность – это подлинное, честное и открытое переживание собственных чувств, искреннее самовыражение в общении с другим человеком. Конгруентность определяется как степень соответствия между тем, что человек говорит, и тем, что он переживает. Она характеризует различия между опытом и сознаванием. Высокая степень конгруентности означает, что сообщение (то, что вы выражаете), опыт (то, что происходит в вашем поле) и сознавание (то, что вы замечаете) одинаковы. Ваши наблюдения и наблюдения внешнего наблюдателя будут соответствовать друг другу.
Маленькие дети демонстрируют высокую конгруентность. Они выражают свои чувства сразу же и всем своим существом. Когда ребенок голоден, он весь голоден, прямо сейчас! Когда ребенок любит или когда он сердит, он полно выражает свою эмоцию. Этим можно объяснить, почему дети так быстро переходят от одного эмоционального состояния к другому. Полное выражение чувств позволяет им быстро завершить ситуацию, вместо того чтобы привносить невыраженные эмоции предыдущего опыта в каждую новую встречу.
Конгруентность хорошо соответствует дзен–буддийской формуле: «Когда я голоден, я ем; когда я устал, я сижу; когда я хочу спать, я сплю».
Неконгруентность имеет место, когда есть различия между сознаванием, опытом и сообщением об опыте. Если человек явно сердит (сжатые кулаки, повышенная интонация голоса, агрессивная речь), но при этом говорит, что совершенно не сердится; если люди говорят, что прекрасно проводят время, когда на самом деле они скучают, чувствуют себя одинокими или им нездоровится,— это неконгруентность. Она определяется как неспособность не только точно воспринимать, но и точно выражать свой опыт. Неконгруентность между сознаванием и опытом называется вытеснением (repression). Человек просто не сознает, что он делает. Психотерапия работает по большей части с этим симптомом неконгруентности, помогая людям лучше сознавать свои действия, мысли и чувства и их воздействие на них самих и на других.
Неконгруентность между сознаванием и коммуникацией означает, что человек не выражает то, что он в действительности чувствует, думает или переживает. Такого рода неконгруентность часто воспринимается как лживость, неискренность, нечестность. Неконгруентность может ощущаться как напряжение, тревога, в более серьезном случае — как внутреннее замешательство. Если расхождение между внешней реальностью и тем, что переживается субъективно, стало значительным, то человек не может функционировать.
Неконгруентность проявляется в таких высказываниях, как «Я не могу принять решения», «Я не знаю, чего я хочу», «Я никогда не могу остановиться на чем–нибудь определенном». Путаница возникает, когда человек не может разобраться в различных стимулах, которые к нему приходят. Не-различение своих побуждений и не-возможность опираться на различные чувства в различные моменты действительно могут представить проблему.
Амбивалентность
Иногда человек переживает двойственный характер чувств и побуждений; этот процесс называется амбивалентностью. Амбивалентность (от лат. ambo – оба + valentia – сила) это двойственное отношение человека к чему-либо (этот термин сформулировал и ввел в употребление швейцарский психиатр Эйген Блейлер, считавший амбивалентность основным симптомом шизофрении. Амбивалентность по Блейлеру делится на три вида:
--
эмоциональная амбивалентность: внутренне противоречивое эмоциональное состояние или переживание, которое связано с двойственным отношением к человеку, предмету, явлению и которое человек одновременно и принимает, и отвергает (например, человек испытывает одновременно любовь и ненависть по отношению к близкому человеку)
--
волевая / мотивационная амбивалентность: вечное колебание между двумя противоположными решениями; это приводит к тому, что человек, который не в силах выбрать какой-либо один вариант, в итоге отказывается от принятия решения вообще.
--
интеллектуальная амбивалентность: в рассуждениях человека характерно чередование диаметрально противоположных и противоречащих друг другу идей.
Амбивалентность не является ни необычным, ни нездоровым явлением, но неспособность увидеть ее и справиться с ней может порождать тревогу.
Самоактуализация
Следует отметить, что фундаментальная тенденция к самоактуализации — единственный мотив, постулированный в этой теоретической системе. Самоактуализация – это фундаментальный принцип человеческой природы, человек движим побуждением становиться целостным, компетентным и способным настолько, насколько это биологически для нас возможно. «Это стремление, которое видно во всякой органической и человеческой жизни,— расширяться, распространяться, становиться автономным, развиваться, достигать зрелости,— стремление выразить и реализовать все способности организма в той мере, в какой это действие усиливает организм или самость».
Организм располагает естественными силами, направляющими его к здоровью и росту. Основываясь на своем клиническом опыте, Роджерс утверждает, что человек способен сознавать свою дезадаптацию, то есть неконкурентность между представлением о себе и реальным опытом. Эта способность соединяется с внутренней тенденцией к изменению представления о себе в сторону большего соответствия реальности. Таким образом, Роджерс постулирует естественное движение от конфликта к его разрешению.
Роджерс убежден, что тенденция к здоровью усиливается благодаря межличностным отношениям, в которых один из участников достаточно свободен от неконкурентности, чтобы быть в соприкосновении со своим самокорректирующим центром. Основная задача терапии – установить такое подлинное отношение. Принятие самого себя – предпосылка к более подлинному и более легкому принятию других. С другой стороны, легче принять себя, если тебя принимает другой. Такой цикл самокорректирования и поддержки — основной способ уменьшения препятствий психологическому развитию.
Развитие человека. Препятствия.
Роджерс полагает, что препятствия возникают в детстве и являются нормальным аспектом развития. То, чему ребенок научается на одной стадии, должно быть переоценено на следующей. Мотивы, преобладающие в раннем детстве, позже могут препятствовать развитию.
Как только ребенок начинает сознавать себя, в нем развивается потребность в любви и позитивном внимании. «Эта потребность универсальная, всепроникающая и постоянная». Поскольку дети не отличают своих действий от себя в целом, они воспринимают одобрение поступка как одобрение себя. Точно также наказание за поступок они воспринимают как неодобрение в целом. Любовь настолько важна для ребенка, что «он начинает руководствоваться в своем поведении не столько тем, насколько определенный опыт поддерживает и усиливает организм, сколько вероятностью получения материнской любви». Ребенок начинает действовать так, чтобы получить любовь или одобрение, независимо от того, хорошо ли это для его собственного здоровья. Так дети приучаются действовать против собственных интересов, считая своим изначальным предназначением удовлетворение или умиротворение других.
Теоретически такая ситуация может не возникнуть, если ребенок всегда чувствует, что его полностью принимают, если его чувства принимаются даже при запрещении каких–то форм поведения. В такой идеальной обстановке ничто не заставляет ребенка отторгать непривлекательные, но подлинные части своей личности.
Взрослые часто руководствуются социально-приемлимыми установками. Искусственность этих установок и поступков составляет сферу неконгруентности человека. В крайнем проявлении условие ценности характеризуется предпосылкой, что «я должен быть любим и уважаем каждым, с кем я вхожу в соприкосновение». Условие ценности создает разрыв между самостью и представлением о себе. Чтобы поддерживать условие ценности, человек должен отрицать какие–то стороны себя. «Мы рассматриваем это как фундаментальное отчуждение в человеке. Он не истинен по отношению к себе, к своим естественным органическим переживаниям; ради сохранения позитивного отношения окружающих он фальсифицирует ряд своих оценок, воспринимает свои переживания только с точки зрения их ценности для других. Это, однако, не сознательный выбор, а естественное — и трагическое — приобретение детского развития». Например, если ребенку говорят, что он должен любить новорожденного малыша, иначе мама не будет любить его самого, то это значит, что он должен подавить в себе подлинные негативные чувства к новорожденному. Если ребенок ухитрится спрятать свою нормальную ревность, «злую волю» и желание повредить малышу мама будет продолжать его любить. Если он примет свои чувства, он рискует потерять ее любовь. Решение, создающее «условие ценности», состоит в том, чтобы отрицать эти чувства, когда они появляются, блокировать их осознавание. Теперь можно спокойно говорить: «Я действительно люблю маленького братика, хотя временами я так крепко его обнимаю, что он начинает плакать», или «Моя нога просто скользнула под его ногу, поэтому он упал».
Психологическая защита
Роджерс утверждает, что принятие «отрицательных» чувств и нахождение им какого–то выражения, когда они появляются, более способствуют психическому здоровью, чем отрицание или отчуждение их. Ребенок взрослеет, но проблемы остаются. Развитие задерживается в той мере, в какой человек отрицает импульсы, отличающиеся от искусственно созданного представления о себе. Возникает замкнутый круг: чтобы поддерживать ложный образ себя, человек продолжает искажать собственный опыт, а чем больше искажение, тем больше ошибок в поведении и дополнительных проблем, являющихся следствием более фундаментального первоначального искажения. Каждое переживание неконгруентности между собой и реальностью увеличивает уязвимость, что заставляет усиливать внутренние защиты, блокирующие опыт и создающие новые поводы для неконгруентности.
Иногда защиты не срабатывают, и человек сознает очевидный разрыв между реальным поведением и своими представлениями. В результате могут возникнуть паника, хроническая тревожность, отчуждение или даже психоз. Психотический случай – это отчаянная попытка личности восстановить равновесие и осуществить реализацию фрустрированных внутренних потребностей и переживаний. Клиентцентрированная терапия стремится создать атмосферу, в которой можно пренебречь разрушительными условиями ценности, что дает возможность здоровым силам вернуть себе первоначальное доминирование. Человек восстанавливает психическое здоровье, возвращая себе подавлявшиеся или отрицаемые части себя.
Оценочное суждение
«Я полагаю… что основной барьер, мешающий общению между людьми, — это наша естественная тенденция судить, оценивать, одобрять или не одобрять утверждения другого человека или другой группы». Ни один из этих типов не удовлетворяет Роджерса. Он полагает, что отношения создают наилучшую возможность для того, чтобы «полно функционировать», чтобы быть в гармонии с собой, другими и средой. Человеческие отношения позволяют удовлетворить фундаментальные потребности человека. Надежда на удовлетворение заставляет людей вкладывать в отношения, даже в те, которые не кажутся счастливыми или удовлетворяющими, невероятное количество энергии.
Одиночество.
«Все наше беспокойство,— говорит некий мудрец,— проистекает из того, что мы не можем быть одни. И это очень хорошо. Мы должны уметь быть в одиночестве, иначе мы всего лишь жертвы. Но когда мы становимся способными на одиночество, мы понимаем, что единственное, что следует делать, это положить начало новым отношениям с другим или даже с тем же человеком»
Брак.
Брак – необычные отношения: потенциально длительные, интенсивные и несущие в себе возможность постоянного роста и развития. Наилучшие браки связывают партнеров, которые конгруентны, минимально отягощены «условиями ценности» и способны на подлинное принятие друг друга. Когда брак используется для поддержания неконгруентности или подкрепления присущих людям защитных тенденций, он приносит меньше удовлетворения и менее устойчив.
По материалам интернета
http://www.koob.ru/rodjers_karl/